ей
детства и соседей давно не знается и вообще доживает здесь последние месяцы,
потому что достраивает особняк на ближней окраине города.
     - Почему голый номер? - спросил Писатель Змея. - Ты у него брал взаймы?
     - Нет.
     - А другие?
     - Нет. Ясно, что не даст.
     - Да почему же ясно? Никто не пробовал, а ясно! Вот мы  сейчас пойдем к
нему все трое и спросим рубль! Мы придем радужными  призраками детства, и он
умилится!
     - Если в рабочий день у него машина стоит, значит, он вчера тоже пил, а
сегодня болеет, - сказал Змей, знающий такие вещи. - С ним редко, но бывает.
     - Наверно, поправляется сейчас? - с надеждой спросил Писатель.
     - Никогда. Боится запоя. Лежит и перемогается.
     - Тогда он не даст, - сказал Парфен. - Если он мучается, он злой. Чтобы
и другим плохо было. Он не даст.
     -  Отнюдь!  -  поднял  палец  Писатель,  почувствовавший  вдруг  прилив
бодрости и фантазии. - С похмелья человека мучают кроме страданий физических
- какие еще? Его мучают угрызения совести. Стыд.
     - Это Больного-то? - засомневался Змей.
     - А чем Больной хуже других? - задал Писатель гуманистический вопрос. -
Моральное  похмелье  после  выпивки,   я  уверен,   терзает  даже  убийц   и
насильников. Пусть ему стыдно не перед людьми, близкими и  далекими,  но ему
обязательно стыдно перед тем единственным, что он уважает,  ценит и любит, -
перед собственным организмом. Да, Больной злится. На жену, на детей, на весь
свет. Но и моральное страдание нельзя не учитывать. И вот приходим мы  -  за
рублем. И он  понимает, что у него есть возможность сделать добро, он  вдруг
вспоминает, что  добро - это хорошо, что  за него воздастся, благодеяние для
похмельной души подобно рассолу для похмельного тела, и он даст нам рубль.
     -  Нет,  - сказал Парфен  не  столько  от сомнения, сколько от привычки
оппонировать и  быть пессимистом. - Ты не прав. Он стал богатым, заносчивым.
Недавно  он  проехал мимо меня и обрызгал  грязью.  М

 – Потом прыгаю в автомобиль, благо одно, мне лошадиных сил не занимать, мчу как автогонщик, вторую мессу [37 - В католицизме священник может совершать в течение дня не одну литургию, а несколько (в отличие от практики Древней Церкви, сохранившейся в Православии).