ны.
     - Теперь у меня есть неотложное дело а Цюрихе.
     - И я хочу,  чтобы  вы  проявили  себя  там  наилучшим  образом.  Мои
интересы эгоистичны, не нужно меня извинять за них.
     - Я готов к Цюриху.
     - Внешне,  да.  Но  поверьте  на  слово,  что  чрезвычайно  важно  то
обстоятельство, что вы провели много часов  в  воде,  кромешной  ночью,  в
шторм. Поэтому вам необходимо сделать еще один жест, еще одну проверочку в
жестких условиях.
     - Еще одну проверку?
     -  Самую  простую,  которую  я  могу  сделать  для  вас  в   условиях
Порт-Нойра. Если бы я  был  фокусником,  я  сделал  бы  для  вас  шторм  и
небольшое кораблекрушение. Я бы постарался. Но, с  другой  стороны,  Ламош
сам нечто наподобие шторма - очень трудный человек. Опухоль  на  его  ноге
пройдет, и он вас возненавидит. Так же,  как  и  все  остальные,  ведь  вы
займете чье-то место.
     - Благодарю вас за подарок.
     - Не надо обижаться. Мы попытаемся объединить два стресса. По крайней
мере, вы проведете одну или две ночи на воде, а поскольку  Ламош  вряд  ли
откажется от своих привычек, то это враждебное  окружение,  которое  будет
способствовать вашей истерии, будет имитировать первоначальную  стрессовую
ситуацию.
     - Еще раз спасибо. Предположим, что они  захотят  выбросить  меня  за
борт. Это будет самый последний тест, как я полагаю.  Но  что  хорошего  в
том, что я попросту утону?
     - О, я думаю, что до этого не дойдет, - Улыбнулся Восборн.
     - Я рад вашему оптимизму, но я хочу надеяться на лучшее.
     - Вы должны... Вы будете защищены даже без меня. Я не Бернард или  де
Бак, но я - это все, что имеют жители этого островка. Я  им  необходим,  и
они не захотят меня потерять.
     - Но вы хотите уехать отсюда, а я - ваша выездная виза.
     - Пути господни неисповедимы, дорогой мой  пациент.  Идите  спокойно.
Ламош обещал встретить вас в доке, чтобы вы освоились с его хозяйством. Вы
выйдете в море завтра утром, в четыре часа. Считайте это

Бредовая логика кошмара продолжалась – ему никто не помешал.