и было типично обское - чуточку узкоглазое, 
загорелое, с жидкой растительностью, так как коренные обские жители издавна 
мешались кровями с безбородыми аборигенами-остяками; однако на голове у Ванечки

росли густые, кудрявые и такие черные волосы, что думалось о его далеких
предках 
с теплой Украины.

- Вообще, я хуже тебя человека не видел! - сердито сказал Ванечка
звероподобному 
Устину Шемяке. - Во-первых сказать, жаден, как поп, во-вторых выразиться, с
лица 
страшон, ровно какой цыган, в-третьих обсказать, водку четвертями
заглатываешь... 
И еще с нами гужеваться не желаешь! Да мы на тебя - тьфу!

Вот и началось веселое, забавное, любопытное, то самое, чего давно ждал Витька 
Малых, - смешной разговор, общение, беседа, ругань. Поэтому Витька радостно 
повернулся к Семену Баландину, посмотрев на его оживающее лицо, увидел, как 
распрямились глубокие складки на лице, делалась все более прямой спина, руки
все 
тщательнее обирали соринки с одежды и стряхивали пыль. Ожидая от Семена 
Баландина справедливых, умиротворяющих слов, Витька Малых ласково смотрел на
его 
лысеющий покатый лоб, очень добрые губы, заглядывал просительно в ореховые 
глаза. Он любил Семена Баландина, всем рассказывал, какой это чудесный человек,

и всегда добавлял, что ходит с приятелями по поселку только из-за того, что не 
может бросить Баландина, когда тот сильно пьянеет и становится беспомощным, как

ребенок. Сейчас Витька нежно улыбался Баландину, вопросительно глядел на него,
и 
Семен сказал специально для Витьки:

- А все-таки погода хорошая!

День на самом деле образовывался приличный. Солнце подскочило еще на вершок над

горизонтом, лучи выпрямлялись, становились прозрачнее, над рекой кончалось 
безостановочное кружение белых чаек, насытившихся рыбешкой; за ельником шли 
девчата, смеялись чему-то, вспоминали какого-то Вальку Ступина и от этого 
смеялись все громче и все тревожнее. Когда девчата прошли, веселые елки 
осторожно раздвинулись, и сквозь синие 

Тебе что, надоело быть солдатом? Ведь самое обидное, что не надо даже объяснять, как ты глупо поступила.