имеет в 
социалистическом обществе гораздо большее значение, чем в капиталистическом. 
Капиталистический предприниматель, если ему угодно, может совсем не вести
никакого 
счетоводства. Тем хуже для него - он будет работать вслепую. Но перед народным 
хозяйством его ответственность этим нисколько не ослабляется, ибо все ему дается

обществом по оценке, и все у него принимается обществом по оценке. "И не уйдет
он от 
суда мирского..." За растрату производительных сил он ответит своим достоянием и

своим собственным положением. Иначе обстоит дело в социалистическом хозяйстве.  
 
Если глава крупнейшего предприятия в социалистическом хозяйстве ведет его без 
надлежащего учета и расчета, то он может лично жить совершенно спокойно, как бы 
руководимое им предприятие вследствие нерациональной организации производства ни

расточало производительных сил общества. Всякое такое предприятие является
своего 
рода больным членом хозяйственного организма, его истощающим, и из того, что
болезнь 
не обнаружена, от этого она не становится менее опасной; ведь и на теле опаснее
всего 
рана, которая не болит. Итак, ничто не может быть для социалистического общества

опаснее как атрофия хозяйственного учета, ибо в этих условиях конечная
дезорганизация 
его хозяйства неизбежна.  
 
Именно такое явление атрофии хозяйственного расчета мы наблюдали в России 
параллельно со стремительным разрастанием социалистического хозяйства за счет 
частного, параллельно отмиранию рынка и денежной системы. Уже в упомянутом труде

Н. Бухарина "Экономика переходного времени" на примере железнодорожного 
транспорта убедительно доказывается, что ценностный учет, проводимый старыми 
методами, потерял всякий смысл. Однако это обстоятельство, по-видимому, не
вызвало 
никакой тревоги в душе теоретика социализма. Н. Бухарин сознает необходимость
какой-
то другой системы учета, но не останавливается на выяснении ее принципов. А
между тем 
именно в этом заключается самое больнее место наш

Зейнаб потеряла сознание.